Проект знаков различия отдельного Карельского егерского батальона, 1926 г.
Дриг Евгений Федорович
В одной из публикаций в униформологическом альманахе мы уже касались национальных грузинских частей РККА в контексте их петличных шифровок. На другом конце страны, за несколько тысяч километров от Тифлиса, существовала еще одна национальная часть, которая интересна для униформологов тем, что для ее личного состава проектировались не то, что шифровки, а иная символика, призванная подчеркнуть национальный характер части.
В октябре 1925 г. в составе войск Ленинградского военного округа была сформирована национальная карельская часть - отдельный Карельский егерский батальон в составе трех стрелковых и одной пулеметной рот, а также взвода батальонной артиллерии. Дислоцировалась часть в Петрозаводске Карельской АССР (АКССР). Командиром батальона был назначен Эйолф Георгиевич Матсон-Игнеус, швед по национальности, родившийся в Финляндии.
Предпосылкой возникновения проекта особой формы одежды для батальона, по всей видимости, стал уникальный статус батальона. Официально названный «егерским», он являлся единственной такой частью в РККА. К тому же единственной национальной частью Ленинградского военного округа.
В русской армии XVIII-XIX вв. егеря представляли собой легкую пехоту, которая способна была действовать в отличие от прочих в рассыпном строю. Егеря были хорошими стрелками, вооруженными самым современным на тот момент оружием, а их обмундирование было намного проще, чем у остальных частей (меньше демаскирующих цветных деталей). Многое в истории первых русских егерей было связано и с той территорией, на которой потом предстояло действовать Карельского егерскому батальону РККА.
Рапорт командира отдельного Карельского егерского батальона ЛВО Э.Г. Матсона-Игнеуса начальнику территориального управления АКССР от 10 ноября 1925 г. об окончательном сформировании батальона. Стоит обратить внимание на угловой штамп с наименованием батальона по-карельски [1]. (Документ, хранящийся в фонде Территориального управления АКССР ЛВО в Национальном архиве Республики Карелия, опубликован в https://vk.com/wall-38055447_15252).
Уникальный статус батальона в итоге, вероятно, и подвиг его командование вместе с территориальным управлением АКССР, которому они подчинялись, вскоре после сформирования на выдвижение довольно смелых инициатив по изменению формы одежды вверенной части.
На тот момент, а речь идет о весне 1926 г., подобная практика в РККА отсутствовала. Хотя концепция единой формы одежды для всей армии и начинала постепенно размываться, сначала с ведением в 1924 году френча особого покроя для начсостава, потом и обмундированием синего цвета для всего личного состава Военно-воздушных сил, все же предложение изменить форму одежды в одном единственном батальоне было довольно смелой идеей, идущей вразрез с практикой, существовавшей тогда в РККА.
Начальником управления территориального округа АКССР перед командованием Ленинградского военного округа был возбужден вопрос «о присвоении национальных признаков» в форме одежды карельских национальных частей РККА. Идея об особой форме одежды для их единственной национальной части нашла поддержку у командования ЛВО. Была образована специальная комиссия по выработке формы для Карельских национальных частей, которые на тот момент были представлены одним единственным егерским батальоном. Результатом работы комиссии стал ряд предложений по форме одежды для карельских национальных частей, которые 17 апреля 1926 г. управление Ленинградского военного округа направило в Главное управление РККА [2].
Предполагалось сохранить в целом существующую форму, «тем самым подчеркивая интернациональный характер РККА», внеся лишь, как было сказано в документе, «незначительные дополнения», которые были призваны характеризовать национальный оттенок карельских частей.
Собственно, если не считать попытку официально перейти на снабжение батальона сапогами вместо ботинок, которая тоже мотивировалась «этнографическими и географическими условиями», национальных особенностей в предлагаемом проекте было ровно две.
Во-первых, дополнительно к стандартному знаку головного убора, красноармейскому значку на околыше, предлагалось над звездой крепить на тулье «кокарду Карельских национальных войск» в виде черного стоящего на задних лапах медведя высотой 20 мм.
Во-вторых, карельскому батальону предполагалось ввести петлицы стандартного покроя, но особой расцветки - с полем темно-зеленого цвета («егерского», то есть, действительно традиционного для егерей РИА) и черной окантовкой. Для петлиц красноармейцев предполагалось нанесение шифровки («трафарета») желтой краской, на карельском языке латинскими буквами.
В документе сама шифровка указана не была. Если исходить из наименования части по-карельски «Karjalan jääkäri pataljoona» (см. рапорт Матсона-Игнеуса, приведенный выше), - она должна была выглядеть как «KJP» (возможно, с использованием дополнительного уточнения «отдельный»: «KEJP»).
Гипотетический облик проектной петлицы красноармейца Карельского егерского батальона 1926 года. Рисунок Кирилла Васильева
Поскольку проект новой формы одежды вызывал дополнительные расходы на изготовление отдельных предметов особого образца или расцветки, в то время как в армии действовал режим довольно жесткой экономии, Главным управлением РККА проект был заморожен. 16 июля 1926 г. начальнику Управления ЛВО был послан ответ за подписью начальника Управления устройства и службы войск Главного управления РККА Я.И. Алксниса и начальника 5-го отдела этого управления П.Д. Мамонова, сообщающий, что «установление в текущем бюджетном году национальных признаков в форме одежды Карельских национальных частей невозможно, за неимением потребных для этого кредитов. Вопрос же о введении в 1926-27 бюджетном году будет зависеть от отпуска соответствующих кредитов» [3].
Важная ремарка, которую необходимо оставить в связи с фактическим отказом от предлагаемой формы одежды национальных Карельских частей, - далеко не все проекты 1926 года постигла та же участь. Буквально через полтора месяца было введено особое обмундирование для 11-й кавалерийской дивизии СКВО. Форма одежды (в разных источниках «горская» или «казачья») принципиально отличалась от общеармейской и была первоначально введена только для одной дивизии. Лишь позднее ее ношение было распространено и на некоторые другие части [4].
Казалось бы, отличие от Карельского батальона было не так уж и велико, но для одной единственной дивизии возможность ввести новую форму одежды в то же самое время нашлась. Разница между ними, вероятно, состояла в том, что у проекта карельской национальной формы, как минимум, не нашлось такого влиятельного покровителя в армейском руководстве, кто смог бы отстоять идею и перевести ее из разряда прожекта, коих возникало в те годы немало, в разряд воплощенных. Если же рассматривать проект в политическом ключе, то по сути предлагалось организовать в автономии СССР отдельную армию со своей форменной одеждой, что было недопустимо, к тому же повлекло бы за собой цепную реакцию во всех остальных республиках.
Никакими данными о том, что в дальнейшем проект рассматривался повторно, мы не располагаем, но в любом случае, очевидно, что данная форма одежды никогда не вводилась в карельских национальных частях.
При этом мы не исключаем существования шифровок, подобных реконструированным нами («KJP»), на обычных пехотных петлицах. Это вполне соответствовало порядку, установленному приказом РВС СССР № 807 от 1924 г., которым красноармейцам предписывалось иметь нумерацию полков (то есть, отдельных войсковых частей) на петлицах. Язык надписи приказом, очевидно, не оговаривался, но в русле национализации территориальных частей в республиках и автономных областях эти шифровки выполнялись на местных языках.
Вполне вероятно, что находка исторических фотографий с шифровками на карельском языке - дело времени, но пока чрезвычайно редкие известные снимки эту теорию не подтверждают.
Выражаем признательность за помощь в подготовке публикации Олегу Нельзину и Кириллу Сологубу.
Февраль 2025 г.
Сноски
[1] - В генетиве (родительном падеже).
[2] - РГВА, ф. 54, оп. 1, д. 1023, л. 101.
[3] - Там же, л. 102.
[4] - Приказ РВС СССР № 302 от 4 июня 1926 г.